Характерное искусство: выставка Антонины Софроновой в галерее «Ковчег»

В галерее «Ковчег» в Трубниковском переулке 11 марта 2020 года открывается выставка произведений Антонины Софроновой, художницы, чье творчество сегодня ставят в один ряд с работами Любови Поповой, Надежды Удальцовой и Варвары Степановой.


Выставка называется «Характер искусства», и в этих словах вся суть сегодняшнего отношения к творчеству Антонины Федоровны Софроновой и к ее жизненному пути. Обычно говорят, что характер – это судьба. Антонина Софронова была человеком скромным и при этом абсолютно независимым. Это позволило ей пройти через все испытания временем, в котором были войны и революции, большой террор тридцатых годов и советский идеологический каток, давивший всех инакомыслящих. Пройти сквозь все это и сохранить себя, свое видение искусства и свою внутреннюю жизнь.

Антонина Софронова родилась в 1892 году в семье земского врача, художественное образование получила в Москве – сначала в школе Федора Рерберга, потом в студии Ильи Машкова. В 1914 году участвовала в выставке самого крупного объединения художников-авангардистов «Бубновый валет», в 1917 - в выставках объединения «Мир искусства». После революции преподавала рисование в школах Орла и Орловской губернии, затем живопись и рисунок в Государственных свободных художественных мастерских в Твери, где познакомилась с Михаилом Соколовым – художником самобытным и ярким, ставшим для нее другом и собеседником на всю жизнь.

В двадцатых Софронова снова в Москве, работает инструктором по ИЗО в Политуправлении Московского военного округа, сотрудничает с журналами «Красная нива» и «Клуб», делает плакаты и обложки для разных издательств. В тридцатых сближается с Татьяной Мавриной, Николаем Кузьминым и другими художниками, стремившимися рисовать «в темпе натуры», вместе с ними участвует в выставке группы «Тринадцать», а после того как в 1932 году все художественные группировки были ликвидированы, уходит во внутреннюю эмиграцию.

Происходящее рядом не появляется на ее рисунках, ей больше интересны городские пейзажи, а позже, в конце тридцатых – обитатели московского зоопарка. Как тут не вспомнить знаменитое: «Чем лучше я узнаю людей, тем больше мне нравятся животные». Кроме работы над серией «Московский зоопарк», она делает иллюстрации для издательства «Academia» и ретуширует изображения для издательства «Медгиз». Эта постоянная, довольно тяжелая и не слишком престижная, как сказали бы сейчас, работа дает ей свободу. Как рассказала «Культуромании» внучка художницы, Нина Сергеевна Евстафьева, такой образ жизни был для нее органичен, он был заложен традициями семьи.

- Такая неброская, негероическая стойкость кроется в уверенности своей моральной и эстетической правоты. Несмотря ни на что. Все Софроновы, вся семья, очень трезво оценивали окружающую действительность, не только советскую. То же самое было и в царские времена. Отец Антонины Софроновой, земский врач, до революции считался человеком подозрительным, хотя ничего особенного он не делал – интересовался философией, пробовал писать, выпустил поэтический сборник. Они всегда жили так, как считали нужным, и в советское время тоже. Жили спокойно, легко, в разговорах всегда был юмор.

Поэтому я очень не люблю, когда в статьях и рассказах о Софроновой делают упор на ее бедности, пишут, что она жила на чердаке. Да не на чердаке она жила! У нее была крошечная комнатка, но все тогда жили трудно, и никто из-за этого волос на себе не рвал. В мансарде того же дома в Большом Афанасьевском переулке жила ее сестра, у них был большой круг друзей – литературоведы, сотрудники музеев. Было интересное, полноценное общение межличностное и культурное, жизнь была наполнена, а на бытовые трудности они привыкли не обращать внимания. Это была культура интеллигенции. Внутренне сильная, без излишней драматизации.

Над тем, что некоторые иллюстрации, которые Софронова делала для издательств, не проходили цензуру, они иронизировали. Так было, например, с ее рисунками к роману Анатоля Франса «Восстание ангелов» - в издательстве испугались ангельских крыльев. В ее дневниках есть по этому поводу сатирические замечания, но нет ни отчаяния, ни драматизма.

Художникам нигде, по-моему, сладко не живется, вообще творческим людям. В Советском Союзе на заработки от творческой работы жили только те, кто так или иначе выполнял социальный заказ. В Европе даже успешные писатели, художники так или иначе зарабатывают, преподают или занимаются чем-то прикладным параллельно с творчеством. Поэтому то, что такой талантливый человек, как Антонина Софронова, был вынужден зарабатывать себе на жизнь ретушью, с одной стороны, коробит. С другой стороны, так жили очень многие художники, например, Федор Семенов-Амурский, и они ценили свою ретушь, потому что она давала им минимальный заработок и оставляла время на творчество, в котором они были абсолютно независимы от социальных заказов, худсоветов и так далее.

- Как вы считаете, она была счастлива?

- Я думаю, такие вопросы вообще не стояли. Быть счастливой – это понятие из современной жизни. Но она мечтала посвятить свою жизнь творчеству, и ей это удалось.

- Первая персональная выставка Антонины Софроновой прошла за четыре года до ее смерти и была, судя по всему, очень скромной. Как складывалась судьба ее наследия?

- При жизни был круг друзей, которые ценили, любили ее творчество, она дарила им свои работы. Из литературоведов ее работы были у Лидина, у Цявловской. Что-то еще в 1920-е годы было куплено государственными музеями. В 1960-х стали появляться коллекционеры. Первым был Костаки, которого в тот момент интересовал русский авангард. В 1970-х, когда стало полегче в отношении искусства, мама (дочь Софроновой -- известная художница Ирина Евстафьева, -- прим. редакции) начала активно общаться с музеями, поэтому огромное количество работ Антонины Софроновой хранится в Третьяковке, около сотни листов графики и три десятка живописных произведений, – в Русском музее. В провинциальных музеях, в Саратове, Твери, Ярославле, Орле есть работы. Вот сейчас мы для альбома собрали работы, которые давно уже разбросаны по разным концам страны.

- К выставке подготовили двухтомный альбом, в который вошли фрагменты из дневников и писем Софроновой. Там есть что-то новое о ней и ее круге?

- Нового – нет. В 2001-м году в серии «Русский авангард» издательства «Галарт» вышла книга с ее дневниками и письмами под названием «Записки независимой», все содержательное там, включая ее переписку с Михаилом Соколовым, который был репрессирован и присылал ей из лагеря письма и рисунки. Вот это действительно документы, которые много рассказывают о том времени. А сейчас мы выпустили альбом с ее работами разных лет. Статьи и фрагменты дневников тоже есть, но они там не самое главное.

Варвара Филиппова, Культуромания, 10 марта 2020

1