Самарский областной художественный музей

Контакты

г. Самара, ул. Куйбышева, 92. Время работы с 10.00-17.30, выходной - вторник
Телефон для справок: 332-33-09, 332-05-64

КОЛЛЕКЦИЯ

Представленные на выставке произведения можно разделить на три части:

- работы художников «Бубнового валета» (А.В. Лентулов, П.П. Кончаловский и В.В. Рождественский),
- работы радикальных "левых" художников
- работы учащихся ГСХМ-Вхутемаса конца 1910-х – начала 1920-х годов.

"Бубнововалетцы", "сезаннисты"

«Натюрморт с глоксиниями» П.П. Кончаловского (1910) утверждает красочное, вещественное изобилие мира. Картина «Гора Кассис» была атрибутирована благодаря сохранившимся рисункам, сделанным на юге Франции. Этот мотив известен в нескольких вариантах (собрание ГРМ, Саратовского музея им. Радищева и Курская картинная галерея).

Творчество П.П.Кончаловского, одного из самых маститых художников "Бубнового валета", представлено несколькими работами, среди которых особо выделяется "Натюрморт" (1910-е). Безусловное тяготение автора к живописному методу Сезанна сочетается здесь с повышенной цветовой экспрессией. Пейзаж "Кассис" (1913), при всей его повышенной красочности, достаточно традиционен в пластическом плане, напоминая театральный задник (мы знаем другой, более динамичный вариант этого мотива, находящийся в Тульском художественном музее).

Несомненный шедевр А.В. Лентулова «Пейзаж с красным домом» не датирован, но по ряду признаков он исполнен в 1917 в Новом Иерусалиме. "Пейзаж" в какой-то мере носит характер мистификации — банализирующий мотив городских задворок обретает здесь зловеще-театральный вид. Акцентирована игра автора с пространством, которое трехмерно в правой части и как бы сходит на нет в левом углу, интригуя зрителя своими метаморфозами.

Интересна гуашь В.В. Рождественского «Книги» (1917). Тектоника пострения пирамиды из книг нарочито ослаблена при помощи визуальных эффектов, цветовые характеристики предметов не совпадают с их пластической формой. Обычная натюрмортная постановка обрела некую универсальность.
Световой фантасмагоричностью привлекает «Фантастический пейзаж» («Эчмиадзин») Г.Б. Якулова. Здесь ощущается близость автора к символизму и «Голубой розе». В будто граненом, сияющем пространстве отражаются друг в друге вода и небо, звучит «музыка сфер».

Близка к «голуборозовцам» Е.М. Бебутова, жена П.В. Кузнецова. Ее «Пейзаж с пальмами» при всех содержащихся в нем элементах кубистической деформации относится скорее к неопримитивизму.

Картины А.И. Кравченко (ставшего впоследствии известным гравером) написаны в саратовский период, когда он был откомандирован в родной город наркомом народного просвещения Луначарским. В 1918–1921 Кравченко занимал пост директора Радищевского музея, входил в губсекцию ИЗО, преподавал в Саратовских свободных мастерских. Картина «Корольковские дачи» (1918), как и «Розовый дом у реки» (дата создания неизвестна), по духу близки неопримитивизму.


Радикальное "левое" искусство


Другая линия в беспредметном искусстве этого времени, связанная с экспериментами с различными материалами и фактурами, нашла свое отражение в произведениях С.И.Дымшиц-Толстой ("Компас") и В.М.Стржеминского ( "Счетчик").

Полотна "Гражданина мира" Д.Д.Бурлюка свидетельствуют о разнообразных влияниях: картина "Волы" (1907) несет следы "набидо-фовистского" воздействия; пейзажи, написанные под Уфой в 1917, напоминают о картинах "Союза русских художников". Характерно, что почти все работы в собрании музея происходят с выставки Бурлюка в Самаре, прошедшей в 1917.

В коллекции оказалось пять произведений М.В. Ле Дантю, соратника М.Ф. Ларионова. На выставке представлен его «Женский портрет». Форму здесь выстраивают световые лучи, как бы прорывающиеся сквозь осколки стекла, всюду проглядывает фактура холста. Автор оперирует оттенками глуховатого синего или зеленовато-серого и коричневого — сказалось влияние кубизма.

Без сомнения, к числу самых загадочных произведений авангарда в коллекции относится «Жизнь в большой гостинице» (судя по всему, так было переведено слово «гранд-отель»). Полотно поступило в 1929 как работа неизвестного художника витебской школы. Позднее М.Д. Философов, бывший ученый секретарь Эрмитажа, репрессированный и высланный в Куйбышев, где он в 1936–1937 работал в художественном музее, высказал предположение, что автор работы - К.С. Малевич. Впоследствии работа стала напрямую приписываться Малевичу, она многократно фигурировала на международных выставках, в том числе и на персональной выставке Малевича в Нью-Йорке и Москве. Однако не все исследователи согласны с такой атрибуцией.
Действительно, жесткость форм в кубофутуристический период творчества художника не увязывается с почти изящными, пронизанными светом формами «Гранд-отеля». Ряд исследователей приписывали эту работу И.В.Клюну. Такое заключение делалось в связи с монохромностью колорита картины, что несвойственно другим произведениям Малевича, выполненным в этот, предшествующий супрематизму, период.
И все же несколько лет назад в результате фотографирования специальной цифровой камерой в нижней части картины была распознана подпись Малевича.

В картине «Трамвай № 6» М.И. Менькова, ближайшего сподвижника К.С. Малевича, применен прием пространственного сдвига форм. Здесь работают секущие плоскости, деформируя пространство, в композицию прорываются буквы и цифры, которые будто на лету успевает уловить пассажир мчащегося по городу трамвая. Целиком приведена лишь табличка «Не высовываться», привносящая ироническую ноту в апологетику технического века.

Быть может, самая ценная часть собрания — картины О.В.Розановой. Во многом близкая Малевичу, она развивалась своим путем, который нашел свое адекватное отражение в произведениях нашей коллекции. Небольшая работа "Бульвар" (1911 — 1912) буквально ошеломляет своей резкой неопримитивистской трактовкой вполне банального мотива: девочка с собакой, прогуливающаяся по бульваре.

"Натюрморт" (1913) с его настойчивыми манипуляциями с иллюзорным пространством и кубистическими деформациями вазы в то же время адресует нас к матиссовским арабескам.

Поистине шедевром является динамичный кубо-футуристический "Городской пейзаж" (1913), эскиз к которому находится в Нижегородском художественном музее. Творческая эволюция художницы увенчивается беспредметным "Полетом аэроплана" (1916) с его экспрессивной "цветописыо" синего, желтого, зеленого и лилового.

Беспредметная живопись А.А.Веснина, будущего архитектора-конструктивиста, работавшего во второй половине 1910 — начале 1920-х годов в тесном контакте с Л.С.Поповой, представлена характерным для творчества художника "Плоскостным этюдом" (1917). Этюд подчеркнуто не событиен. Он представляет собой цветоплоскостное построение — спокойно висящие в пространстве, ровно окрашенные трапеции и прямоугольники, не вызывающие никаких органических, «живых» ассоциаций. В центре работы многозначительное сочетание киноварно-красного (центральный ромб) и черного (трапеция, наложенная сверху, и прямоугольник, выглядывающий из-под красного ромба) никак не поддержано и поэтому не навевает никаких драматических ассоциаций. Композиция Веснина по строю близка к «живописным архитектоникам» Л.С. Поповой, с которой Веснин в то время сблизился на почве творчества (оба преподавали в ГСХМ-Вхутемасе).

Самарский ВХУТЕМАС

Особый блок работ 1920-х экспозиции составляют произведения художников, имеющих непосредственное отношение к самарскому Вхутемасу. Это Н.Н. Попов и С.Я. Адливанкин.

С.Я.Адливанкин был назначен Наркомпросом уполномоченным самарского ВХУТЕМАС'а. «Портрет моих родителей» и «Уполномоченный самарского Вхутемаса» (оба – 1922) С.Я. Адливанкина приобретены у внучки художника. Вторая работа — автопортрет художника — не может не вызвать ассоциаций с «Автопортретом с отрезанным ухом» Ван Гога.

«Портрет женщины в синей шляпе» (1922) Н.Н. Попова, одного из основателей самарского ВХУТЕМАС'а, работавшего в Самаре до 1921 и позже переехавшего в Москву, — бесспорный шедевр живописи. Торжественно, празднично, чуть ли не ритуально изображена разряженная, слегка вульгарная девушка из средних городских слоев — не крестьянка и не дворянка, не пролетарка, а скорее нэпманка. Параметры тела обозначены поверхностью платья, сами же формы фигуры не проработаны, и она воспринимается как некая волнующая тайна, «сгусток воздуха». Ее шляпа замысловатого фасона, сообщающая модели особую импозантность, представляет собой скорее цветовой «сгусток шляпы», нежели материальный объект. В целом эта работа вполне может продолжить протянувшийся в веках ряд таинственных волнующих женских образов — от прекрасных дам итальянского Возрождения, героинь Лукаса Кранаха и Гольбейна до современников Попова, Отто Дикса и Д. Штеренберга. Если попытаться вычленить из этой работы ее северовозрожденческие и позднекустодиевские реминисценции, то в итоге остаются какая-то особая классическая цельность и простота. Такое же впечатление производят и, казалось бы, типичные кубо-футуристические рисунки художника (см. "Автопортрет" и серию рисунков на бытовые темы 1920).

Ученические работы ГСХМ

Особое место в коллекции авангарда занимают присланные в Самару в 1921–1922 холсты художников, имеющих непосредственное отношение к Государственным свободным художественным и Высшим художественно-техническим мастерским начала 1919–1920-х. Большая часть этих картин носит учебный характер, здесь преобладают два типа изображения — натюрморты и фигурные постановки (одетая и обнаженная натурщица).

Большинство работ еще не атрибутированы. В Свомасе-Вхутемасе преподавали в разное время такие известные мастера, как П.П. Кончаловский, Р.Р. Фальк, А.В. Лентулов, А.А. Осьмеркин, В.В. Рождественский, И.И. Машков, А.В. Шевченко, А.В. Куприн, Д.П. Штеренберг, Н.А. Удальцова. И хотя многие картины не подписаны, стилистическое сопоставление в ряде случаев позволяет определить, в чьей мастерской выполнена та или иная работа.

История коллекции

Основная часть коллекции авангарда в Самаре сложилась к концу 1920-х годов. 

Первым вкладом в коллекцию стали работы Д.Д. Бурлюка с выставки, проходившей в Самаре в марте 1917 года в здании Волжско-Камского коммерческого банка (с 1989 тут располагается Самарский художественный музей).

В 1919 в Самаре началась работа по созданию Свободных творческих мастерских — будущего Вхутемаса. В город прибыл уполномоченный от Наркомпроса - московский художник С.Я. Адливанкин. Он стал заведующим изосекцией самарского губоно. Деятельное участие в организации Вхутемаса в Самаре принимали и другие члены секции ИЗО — приехавшие в город художники Н.Н. Попов, Г.Г. Ряжский, К.Д. Михайлов.

В 1919 Музейный фонд отдела ИЗО Наркомпроса по акту от 15 августа передал Н. Попову 35 картин русских художников с формулировкой «для музея при Самарском отделе ИЗО». Акт подписали В. Кандинский, А. Родченко, Д. Штеренберг. Присланные образцы «левого искусства» должны были стать своего рода «учебными пособиями» в самарском Вхутемасе1. В число этих произведений входили работы Бебутовой, Веснина, Дымшиц-Толстой, Ле Дантю, Малевича, Менькова, Розановой, Стржеминского, Якулова и др.

В конце 1921 эмиссары самарского Вхутемаса — С.Я. Адливанкин, Г.Г. Ряжский и Н.Н. Попов из-за голода и тифа вынуждены были уехать из Самары. В 1922 они организовали в Москве выставку НОЖ («Новое общество живописцев»). Позже некоторые выставившиеся на ней произведения оказались в коллекции СОХМ.

В начале 1920-х из Самарской коллекции ряд работ исчез. Например, из 11 холстов Ольги Розановой сохранились только шесть. Утрачена работа Малевича «Гитарист». Из указанных четырех произведений Ле Дантю в наличии лишь два.

При этом поступления авангардных работ в коллекцию Самарского краеведческого музея продолжались. Среди них преобладали, как правило, учебные постановки, выполненные студентами московского Свомаса-Вхутемаса — натюрморты, изображения натурщиц. Однако из-за царившей тогда неразберихи многое было утрачено, не вся документация сохранилась.

В 1926 собрание пополнил «Пейзаж с красным домом» А.В. Лентулова из ГМФ от ГТГ (бывшее собрание Английского клуба), в следующем — от ГТГ «Книги» В.В. Рождественского и из ГМФ эскиз костюма к «Ромео и Джульетте» А.А. Экстер.

Довольно многочисленным было поступление 1929 — после ликвидации Музея живописной культуры в Москве работы распределялись по музеям страны. В музей попали первоклассные работы П.П. Кончаловского («Гора Кассис»), М.В. Ле Дантю («Дама в кафе»), М.И. Менькова («Трамвай № 6»), В.В. Рождественского («Жатва»), а также поступило полотно неизвестного художника витебской школы, атрибутированное впоследствии как картина К.С. Малевича «Жизнь в большой гостинице».

Последним поступлением в коллекцию в первой половине ХХ века стала приобретенная у вдовы В.Н. Пальмова в 1933 картина «Семья середняка».
В 1937 в Самаре-Куйбышеве открылся краевой (позже областной) художественный музей, в него были переданы произведения из художественного отдела краеведческого музея.

В годы Великой Отечественной войны музей не работал. Потом авангардная коллекция не экспонировалась из-за борьбы с формализмом.

В августе 1953 специальная комиссия подготовила списки «малоценных, нехудожественных произведений», составила акт на списание более 400 работ, среди которых находились и произведения авангарда. Однако коллекция не была уничтожена. Приказ об уничтожении коллекции пришел в музей уже после смерти Сталина. Директор музея А.Н. Михранян подписал приказ о списании «малоценных и нехудожественных» работ, но сотрудники музея не предприняли никаких действий по ее уничтожению.

Следующий период пополнения коллекции авангарда — 1970–1980-е годы.

Благодаря целенаправленной собирательской деятельности бывшего директора музея, ответственного секретаря Союза художников СССР В.И.Володина и бывшего директора А.Я. Басс в музей поступили произведения известных мастеров авангарда.

В 1970 году в Москве у дочери С.Я. Адливанкина, Е.С. Страховой, куплены три примитивистских портрета, демонстрировавшиеся на выставке НОЖ в 1922.

В 1972–1975 дочь Н. Попова И.Н. Переяславец передала музею картину «Девушка в синей шляпе» и 6 листов графики отца самарского периода (1920).

В 1976 у вдовы А.В. Куприна был приобретен «Натюрморт» (1922), а в 1980-м у вдовы А.И. Кравченко, искусствоведа К.С. Кравченко,— три холста художника саратовского периода.

В 1984 в музей поступила картина Д.Д. Бурлюка «Волы» (1908), находившаяся ранее в собрании самарского художника А.И. Синягина, куда она попала после выставки Бурлюка в Самаре в 1917.

В 1987–1988 частями приобреталось графическое наследие воспитанника самарского Вхутемаса М.И. Степанова, в котором также находились рисунки Н.Н. Попова «Автопортрет», «Казак» и «Красноармеец».

Определяющую роль в дальнейшей судьбе музейной коллекции авангарда сыграла реставрация работ, благодаря чему они стали доступны для исследователей.

В 1989 музей получил новое здание. К декабрю 1989 коллекция авангарда была отреставрирована и впервые выставлена в качестве постоянной экспозиции. 

Входящие в неё произведения объездили весь мир, войдя в более чем пятьдесят групповых выставок русского авангарда.

 

РАБОТЫ РОЗАНОВОЙ

По акту Наркомпроса от 15 августа 1919 в Самару были переданы 11 работ Ольги Розановой. Они составляли основу всей коллекции "левого искусства", присланной в Самару (35 работ).

Исчезнувшие работы - 5

В 1920 исчезли 5 работ Розановой, в т.ч. - «Пиковый король», «Одновременное изображение пиковой и червонной дам», "Пейзаж" ("Лес").
Они украдены вместе с другими семью работами через дырку в крыше. 

Сохранившиеся - 6

Оставшиеся шесть работ позволяют наблюдать эволюцию творческого видения художницы — от неопримитивистского экспрессионистического «Бульвара» (1911–1912) до супрематического «Полета аэроплана» (1916).

На бульваре, 1911-12

Холст, масло, 36,5х56,5

Инв. Ж 412

Натюрморт, ок. 1912-13

Холст, масло, 109х91,5

Инв. Ж-414


Постройка дома. 1913

Холст, масло. 91,5х110

Инв. 413


Городской пейзаж (Пожар в городе). 1913-14

Жесть, масло, 71х71

Инв. Ж-411

Бесспорный шедевр, одно из немногих произведений во всем русском искусстве, целиком исполненное в футуристической стилистике. Картина написана на листе жести.
Своеобразным ключом к расшифровке композиции является силуэт красно-желтого трамвая, мчащегося из правого нижнего угла к центру. Как бы ввинчиваясь в городской ландшафт, он приводит его в состояние вращения. Здесь создан динамический образ современного города-карусели, каким его представляли футуристы в начале ХХ века. 

Часы и карты (Сон игрока), 1915

Холст, масло, 61х40,5

Инв. НВ-416 (Сон игрока)

Полет аэроплана, 1916

Холст, масло, 118х101

Инв. Ж-415

 

1