Русская живопись и художественный рынок Великобритании

. А.А.ЭКСТЕР. Эскиз костюма танцовщицы. Бумага, гуашь. 50,5×34 

Валерий Дудаков, «Третьяковская галерея», №1 – 2014

Произведения русской живописи в течение XX века постоянно продавались на художественном рынке Западной Европы,

и тоненькая струйка российского искусства подпитывала художественный поток мирового искусства даже в самые тяжелые для арт-рынка годы. Понятно, что при наличии «железного занавеса» основными поставщиками произведений, как, впрочем, и покупателями, были эмигранты, обосновавшиеся в разные годы вне России, сумевшие сохранить в семейных собраниях российские реликвии и приобщить младшее поколение, как правило ассимилировавшееся в стране пребывания, к пониманию ценности искусства прародины.

Волна первого широкого интереса к русской национальной школе живописи проявилась в конце шестидесятых – начале семидесятых годов. Причин для этого было несколько, но наряду с главными из них – экономическим подъемом и активизацией российской политики – значительную роль сыграла проявившаяся в то время «приоткрытость» советского общества и стремление его к культурным контактам с заграницей. Обменные выставки, публикации, поездки делегаций знакомили Запад, пусть и в форме «полугласности», с художественными процессами исторической и современной России и подогревали интерес к искусству заново «открытой» страны.

В эти годы «молодежных революций» определенное значение имело открытие русского авангарда, чему в немалой степени способствовало доступное для российской и западной публики собрание Г.Костаки, а также ряд более мелких коллекций А.Чудновского, Я.Рубинштейна, Г.Ивакина в разных городах СССР.

Скандально известная на Западе живопись нонконформистов в этот же период стала осознаваться как безусловно достойное внимания искусство, адекватно выражающее художественное сознание времени. Резко увеличились легальный и нелегальный потоки вывозимых на Запад произведений «старого» и «нового» отечественного искусства. Оно не только стало украшать жилища очарованных Россией дипломатов и корреспондентов, но и становилось предметом купли-продажи.

Оттоку произведений из России, в первую очередь предметов религиозного искусства, декоративно-прикладного, а затем и изобразительного, способствовали «размытые» законы о вывозе, допускающие произвольность толкований и возможность индивидуального манипулирования ими в каждом конкретном случае, а также несовершенство работы разрешающих вывоз инстанций, прежде всего Министерства культуры, и, не в последнюю очередь, таможенные уловки.

К середине семидесятых годов русское искусство на западных рынках стало предметом коммерческого интереса крупных фирм. В 1974 году крупнейшая из них, SOTHEBY'S, под нажимом ее тогдашнего президента Перегрино Полена решается провести отдельный аукцион русского искусства.

Тило Ван Ватсдорф, затем главный эксперт фирмы «Гапсбург Фельдман», проводит в нью-йоркском отделении SOTHEBY'S успешный аукцион русского театрального искусства, и театральные работы Л.Бакста, А.Бенуа, Н.Гончаровой и других русских художников первой трети XX века начинают обретать не только художественную, но и коммерческую ценность.

Вслед за этим фирма CHRISTIE'S, постоянный конкурент SOTHEBY'S на художественном рынке, обладающая не меньшим опытом работы и адекватным оборотом, вводит произведения русского искусства на торги своих аукционов, делая в дальнейшем ставку преимущественно на декоративно-прикладное искусство, иконы и ювелирные изделия. С 1984 года SOTHEBY'S, а с 1985 года и CHRISTIE'S стали производить специализированные русские аукционы, негласно поделив между собой рынок произведений русского искусства.

«Русские» аукционы этих фирм имели мало отличий как в качестве продаваемых работ, так и в объеме продаж вплоть до конца «второй» волны интереса к русскому искусству, проявившегося с новой силой в середине восьмидесятых годов. По заключению специалистов октябрьские аукционы CHRISTIE'S 1988 и 1989 годов представляли на торги более интересные коллекции. Аукционный дом CHRISTIE'S достаточно щепетильно относился к подбору коллекций русского искусства, предпочитая не принимать на аукционы работы, во множестве вывозимые из России нелегально во второй половине восьмидесятых годов. Фирма SOTHEBY'S достаточно либерально относилась к появлению на ее аукционах работ без соответствующей документации и иногда попадала в рискованные ситуации, связанные с продажей работ из России. Тем не менее SOTHEBY'S с честью выходила из них благодаря знаниям своих русских экспертов.

Старая поговорка «Сотбис – это аукционеры, претендующие быть джентльменами, тогда как Кристис – джентльмены, претендующие быть аукционерами» обыгрывает внешние, подчеркиваемые фирмами различия, в то время как деятельность их тождественна.

Стремясь к расширению русского рынка, SOTHEBY'S с конца восьмидесятых годов стала приглашать специалистов из России для чтения лекций и проведения семинаров, которые были приурочены к аукционам русского искусства в Лондоне.

Аукцион, проведенный фирмой летом 1988 года в Москве, был сенсационным не только как первый в России. Он стал успешным по рекордным ценам на искусство авангарда первых десятилетий XX века и современное искусство шестидесятых–восьмидесятых годов. Интересной явилась сама попытка сопоставить художественную и материальную ценность этих двух периодов российского авангарда. Вторая волна интереса к русскому искусству инициировалась перестройкой в СССР. Этому способствовали крупные выставки русского авангарда, новые публикации, выявившие ряд имен выдающихся русских художников – Филонова, Матюшина, Поповой, Розановой, Родченко, Древина и других, проекты музеев и выставочных объединений, ряд инициатив Советского фонда культуры, среди которых были два цикла лекций, организованных SOTHEBY'S и Советским фондом культуры в Великобритании и совместный семинар по проблемам художественного рынка и обмену произведениями искусства, прошедший в Москве в 1991 году.

Наибольший резонанс в Великобритании вызвала организация в 1989 году Советским фондом культуры и фирмой «Де Бирс» выставка «100 лет русского искусства», прошедшая в Лондоне, Оксфорде, Саутгемптоне и Москве. На основе экспонатов из частных коллекций она показала историю развития русского искусства с конца XIX по восьмидесятые годы XX века. Последовавшая через два года за ней государственная выставка «Сумерки царей» не вызвала широкого интереса и была оценена как неудачная. Она совпала с падением интереса к русскому

искусству в целом. Общее отношение к ней выразила газета «Дейли Телеграф» в вопросе: «Разве русское искусство было настолько плохое?» 1989 год был годом рекордного интереса к русскому искусству. Аукционы SOTHEBY'S и CHRISTIE'S резко взвинтили цены. Окончательные цены покупок были ошеломляющими. На организованном SOTHEBY'S в апреле 1989 года аукционе русского искусства работы Л.Поповой впервые были проданы за суммы, значительно превышающие полмиллиона фунтов стерлингов каждая, а недостоверный пейзаж «Мосты Парижа» А.Экстер был оценен в $ 800 0 Необычайный подъем цен на русскую живопись в конце восьмидесятых годов вызвал целую волну крупных распродаж произведений русского искусства во Франции, Германии, Швейцарии, Италии и других странах.

Распродавались как произведения, накопленные в Европе, так и вывезенные нелегально. Русский отдел, открытый одной из крупнейших британских фирм PHILLIPS, ставил на торги свыше 50% нелегально вывезенных и недостоверных работ из России.

В Лондоне в это время открылось свыше 15 галерей, торговавших русским искусством. Повальный интерес проявлялся прежде всего к искусству авангарда. Цены на эти произведения стаевропейских мастеров. Стоимость работ художников-реалистов и мастеров круга «Мира искусства» выросла с середины восьмидесятых годов к их концу десятикратно. Подобный ажиотаж означал вторую волну подъема цен на «русском» рынке и вызвал новый ряд подделок. Скандалы, связанные с их разоблачением, резко ухудшили ситуацию, связанную с началом кризиса антикварного рынка в целом.

Начало девяностых годов для антикварного рынка русского искусства в Великобритании стало временем спада. «Русский» рынок, как и антикварный рынок в целом, резко сократил объем продаж, обвально снизились цены, покупатели стали недоверчивы к произведениям, вывезенным из России. Практически все аукционные дома прореагировали на эту ситуацию достаточно быстро. Специализированный «русский» отдел прекратил свое существование не только на аукционе PHILLIPS, аукцион CHRISTIE'S на четыре года прекратил постоянные «русские» торги, возобновив их лишь в декабре 1995 года. SOTHEBY'S, фаворит по продаже произведений русского искусства на британских и мировых аукционах, резко сократил объемы продаж и отказался выставлять на торги произведения русского авангарда. Непосредственным поводом для этого послужила неудачная распродажа на SOTHEBY'S в апреле 1990 года работ из собрания Георгия Костаки, где из 21 работы, среди которых находились произведения «первой шеренги» авангардистов России, были проданы только две. Примечательно, что за работы Л.Поповой и А.Родченко было предложено на аукционе $780 и 850 тысяч, но эти суммы не устроили наследников. Днем позже на аукционе CHRISTIE'S продавались 35 работ русского авангарда из коллекции Курта Бенедикта, якобы приобретенные еще с выставки 1922 года, состоявшейся в Берлине в галерее Ван Димен.

Вскоре разгорелся грандиозный скандал, связанный с сомнительным происхождением большинства произведений этой коллекции и недобросовестностью экспертиз. Вместе с обесцениванием этих работ к концу 1991 – началу 1992 года резко снизился спрос на работы художников реалистической школы. Картина И.Репина «Дочь художника Татьяна в кругу семьи», оцененная в 1989 году в миллион долларов, через три года с трудом была продана на аукционе CHRISTIE'S за 180 тысяч долларов.

Работы Ф.Малявина, К.Коровина, А.Бенуа не находили сбыта, несмотря на низкие цены. Валютный кризис 1992 года в Великобритании ухудшил положение рынка. Из 11 лондонских галерей, занимавшихся в конце восьмидесятых годов продажей русского изобразительного искусства, сохранилась только одна. В 10–15 раз упали цены на картины современных художников-реалистов в галерее «Рой Майлс» на Брутон-стрит в Лондоне, владелец которой являлся наиболее ловким и модным продавцом русского искусства в Лондоне. Резкий спад «русского» рынка не означал полного прекращения продажи произведений русских художников или изделий прикладного антиквариата из России.

CHRISTIE’S, отказавшись от систематических «русских» аукционов, продавал русскую живопись на общих смешанных торгах, а работы выдающихся русских мастеров конца XIX – начала XX века участвовали, как и раньше, на аукционах импрессионистов. Интерес CHRISTIE'S проявился в эти годы преимущественно к декоративно-прикладному искусству, продаваемому на аукционах в Женеве и Нью-Йорке. Отдельные попытки установить контакты с аукционами и галереями в России эксперта аукциона CHRISTIE'S Алексиса Тизенгаузена не приводили к серьезным результатам. Уход из аукциона Алисы Илич усугубил положение. Лишь в мае 1995 года с участием CHRISTIE'S и ГТГ галереей «Эверест» был проведен аукцион, не принесший английской стороне положительного результата. В течение 1991–1995 годов CHRISTIE'S стала явно уступать лидерство на «русском» рынке фирме SOTHEBY'S, выставив на торги за это пятилетие 328 лотов русской живописи против 1669 лотов, выставленных фирмой SOTHEBY'S. SOTHEBY'S, отказавшись, за редким исключением, от работ авангарда, продавал на аукционах импрессионистов произведения В.Кандинского, М.Шагала, А.Явленского и некоторых других мастеров. Считая, что ответственность за вывоз должен нести вывозящий, SOTHEBY'S сосредоточил свое внимание на реальных покупателях в Америке, Японии, Западной Европе и в последнее время в России, стараясь заранее ознакомить их с каталогами будущих аукционов и проявить особое внимание к новым русским покупателям, банкам и корпорациям. Специалист по восточноевропейскому рынку Питер Баткин постоянно активизировал свои действия в России, и лишь политическая нестабильность 1991–1993 годов, косная политика в сфере налогообложения и охране художественного достояния соответствующих российских министерств помешала провести в России аукционы отечественного искусства, которые подготавливались SOTHEBY'S, фондом «Возрождение» и рядом крупнейших российских банков.

Эксперты фирмы SOTHEBY'S по русскому искусству Джон Стюарт и Иван Самарин, несмотря на неблагоприятную экономическую конъюнктуру проверяли активность российского рынка, устанавливали контакты с потенциальными продавцами и покупателями во многих странах. Такая политика, поддерживаемая реальным знанием конъюнктуры и традиционно отлаженным механизмом маркетинга, начала приносить результат к моменту стабилизации рынка и началу его экономического оживления, черты которого стали проступать в 1994 году. Общая тенденция роста спроса на произведения искусства «русского» рынка в Великобритании стала отчетлива к концу 1994 года. Декабрьский аукцион показал, что цены на русскую живопись стали возрастать, обозначился и новый слой покупателей, вступивших в игру. Те покупатели, которых принято обозначать как «новые русские», на самом деле не представляли однородного слоя. Среди них были представители промышленных и финансовых корпораций, банковских структур, частных галерей и аукционов, коллекционеры и, менее всего, экстравагантные нувориши. Именно серьезные, достаточно ориентированные с помощью экспертов и консультантов покупатели из России, по мнению экспертов SOTHEBY'S, приобретали до 30% лотов «русских» аукционов. Обычно лимит их покупок был ограничен рубежом $ 100 тысяч, но в пределах стоимости лота от $ 10 до 40 тысяч эти новые для английского рынка участники торгов покупали до 50% произведений русской живописи. Благодаря этому средняя цена отдельного лота на произведения живописи возросла с 1993 года более чем в два раза. В связи с тем, что живопись русского авангарда 1910–1920-х годов была почти исключена из торгов фирм SOTHEBY'S и CHRISTIE'S с 1990 года. Наиболее ясно тенденция роста цен прослеживалась на двух течениях русской живописи – реалистическом искусстве второй половины XIX века, связанном с именами художников-передвижников, и творчестве мастеров круга «Мир искусства», поскольку эти два направления традиционно вызывали интерес покупателей. Выделив из списка художников-передвижников популярные имена, цены на работы которых всегда были выше средних, можно установить, что общий объем продаж этих произведений увеличился с 1990 года в семь раз. Рост объема продаж был связан с увеличением спроса с 1994 года на русскую реалистическую живопись, что привело к увеличению количества лотов, выставляемых на торги, и росту средней цены каждого из них. Не принимая во внимание курьезные продажи типа «Пейзажа Нижнего Новгорода» П.Верещагина, ушедшего за 225 тысяч долларов на июньском аукционе SOTHEBY'S 1995 года, можно отметить, что цены на реалистическую живопись с 1990 года выросли примерно в 3–5 раз. Значительно вырос на аукционах SOTHEBY'S объем продаж произведений художников круга «Мир искусства». Аукционы SOTHEBY'S были первыми в Великобритании и Западной Европе, систематически с конца 60-х годов включавшие произведения «мирискусников» в общие аукционы европейского искусства. Сравнивая с рубежным 1990 годом, объем продаж произведений наиболее популярных художников объединения «Мир искусства» вырос к 1995 году примерно в 5 раз, причем наряду с традиционно высоко оцениваемыми работами Л.Бакста и К.Сомова, более чем в 7–8 раз поднялась стоимость работ Б.Григорьева и К.Петрова-Водкина. Средняя цена, которая была заплачена за лоты с работами популярных «мирискусников», возросла более чем в два раза по сравнению с 1993 годом, но незначительно отличалась в 1995 году от средних цен 1990 года, составляя 10–11 тысяч долларов. Работы большинства мастеров круга «Мир искусства» продаются по ценам значительно ниже, чем аналогичные им по времени и стилю, а иногда и менее качественные произведения французской, немецкой и скандинавской живописи.

Русская живопись в объеме продаж ведущих аукционных домов SOTHEBY'S и CHRISTIE'S не представляет значительной величины. В лучшие годы она составляла менее 1 % от общего оборота. Рынок русского антиквариата в Великобритании можно считать достаточно молодым, еще лишь складывающимся в сравнении с рынком манускриптов, гравюр, драгоценных украшений и старой живописи. Однако тенденции его развития последних лет и определенные особенности современного состояния России позволяют оптимистически оценивать их перспективы. Одним из стимулирующих факторов развития «русского» рынка в Великобритании становилось развитие антикварного рынка в России, создание новых для России, но традиционных для Запада крупных корпоративных коллекций и фондов и появление тех покупателей, которым в одинаковой степени доступны произведения, продаваемые в России и за рубежом.

Эти новые «игроки» на антикварном рынке становятся все более активными, приобретая на Западе до 40% от продажной стоимости произведений русского искусства. Дефолт 1998 года почти не коснулся их активности, но во многом изменил ситуацию с корпоративными коллекциями, которые перестали пополняться, оказались «замороженными» или вовсе были распроданы (коллекции Тверьуниверсалбанка, Мосбизнесбанка, Инкомбанка и другие). Роль аукционов в России значительно снизилась. Если SOTHEBY'S и CHRISTIE'S контролируют 70% мирового антикварного рынка по общему обороту, продавая ежедневно до 3 тысяч произведений искусства, то через российские аукционы проходит менее 5% антиквариата. Основная торговля произведениями искусства происходит через многочисленные антикварные галереи, количество которых за последние два года удвоилось.

Произведения русского искусства, купленные за рубежом, часто остаются там и не ввозятся в Россию в связи с особенностями налогового и таможенного законодательства. Согласно им при ввозе необходимо платить до 30% стоимости произведения в виде налога и до 45% налога с продажной цены. В этом проявляется общая абсурдность закона о ввозе и вывозе произведений искусства.

В новой среде, составляющей наиболее платежеспособную часть покупателей, меняются и собирательские пристрастия, до дефолта ориентированные преимущественно на русское искусство. Предпочтение отдается европейскому искусству XV–XVIII веков, классицизму, ар нуво и ар деко и, естественно, импрессионизму. Цены, которые платят русские покупатели, уже переходят рубежи миллиона долларов и достигают 2–3 миллионов за второстепенные работы импрессионистов.

На основе этих произведений начинают создаваться коллекции, которые продолжают традиции дореволюционного собирательства, прерванного национализацией.

Коллекционеры русского искусства начинают отдавать предпочтение не художникам XIX века, а мастерам «Мира искусства», «Голубой розы», «Бубнового валета» и другим не крайне авангардным течениям в русском искусстве. Миллион долларов был заплачен за «Похищение Европы» В. Серова из собрания наследников художника. От 150 до 250 тысяч долларов платят за работы П. Кончаловского, А. Лентулова, Р. Фалька, А. Куприна и других мастеров «Бубнового валета».

В последние годы в русский отдел SOTHEBY’S пришла новая динамичная команда под руководством Джоанны Викери, цель которой – доставать все более трудно находимые произведения русского искусства, привлечение новых пластов и имен и реализация наиболее интересных работ на заранее ориентированных потенциальных покупателей.

На осеннем аукционе 2001 года непомерно дорого были проданы работы 3.Серебряковой. Устроители аукциона, осведомленные о заинтересованности двух клиентов в приобретении этих работ, многократно завысили среднюю и резервную цены на эти лоты, два из которых были проданы по рекордным ценам 270 и 276 тысяч долларов (плюс налоги). Одновременно выставленный «Автопортрет» той же художницы (работа более художественно значимая) был продан за 92 тысячи долларов, перекрыв среднюю цену, но не достигнув цены «Обнаженных».

Примерно такая же схема действовала при продаже на этом аукционе работы русского художника В. Баранова-Россине, цена на которую выросла до 326 тысяч долларов. В «раскачке» цены на эту работу участвовал и сам дилер-продавец.

Потенциальных покупателей нередко «подогревают» информацией об исключительном качестве выставленных на продажу «ударных» лотов, особенно в тех случаях, когда происхождение вещи, или провенанс, выделяются «Породистостью». Так, в мае 2003 года на SOTHEBY’S по рекордной цене были проданы работы М. Нестерова и Б. Кустодиева за 510 и 846 тысяч фунтов соответственно. Броские и декоративные, эти работы находились в собрании Бориса Шаляпина, что и повлияло на предаукционный интерес к ним российских бизнесменов. Адресная реклама становится практикой аукционов SOTHEBY’S и CHRISTIE'S. Это касается как отдельных произведений живописи, так и дорогостоящих ювелирных изделий, которые особенно удачно продаются CHRISTIE'S на аукционах в Швейцарии.

В настоящее время антикварный рынок находится в сложном положении, внешне не связанном с экономическим кризисом. Действительно, экономическое положение Америки и Европы остается относительно стабильным, и биржи испытывают лишь незначительные колебания, на которые не очень повлияли и события 11 сентября 2001 года.

Однако весь антикварный мир был потрясен скандалом в США, когда SOTHEBY’S и СRISTIE’S были обвинены в нарушении антимонопольного законодательства и мошенничестве, в результате чего клиенты фирм потеряли сотни миллионов долларов и аукционные дома вынуждены были пойти на возврат части потраченных клиентами денег. Обеим фирмам был нанесен значительный материальный и моральный урон, а глава SOTHEBY’S оказался в тюрьме.

Не менее важны и те события, которые были связаны с непонятным даже для посвященных завышением цен, как на отдельные произведения, так и на многие направления в целом.

Продажа за 82 миллиона долларов «Портрет доктора Гаше» В. Ван Гога и за 78 миллионов долларов работы О. Ренуара явились крайне показательными. Одновременно в три раза увеличились цены на работы старых мастеров и возросли цены на декоративно-прикладное искусство эпохи модерна и ар деко.

Внешне немотивируемое повышение цен, аналогичное 1989–1990 годам, связано с созданием новых состояний в Европе, Америке и России, требующих быстрого воплощения в предметах искусства. Обладающие этими состояниями не считаются с эстетическими критериями и нормами. Рынок антиквариата при этом, создаваемый критиками, экспертами, дилерами, покупателями, расшатывается и теряет осмысленность.

Огромные состояния, созданные за последние годы в России, сделали «русский» рынок малоуправляемым. За одно и то же произведение можно заплатить в два-три раза больше в зависимости от галереи или дилера, его продающих. Эта нецивилизованность как отечественного, так и зарубежного антикварного рынка является неизбежной «болезнью роста». История наверняка, как это было не единожды, расставит все на свои места.

1